Их видно издалека. Лишь пересечешь Транссиб за Камарчагой - и вот они, яркие цветные парашютики на фоне красивейшего голубого неба.
До чего естественны их воздушные пируэты!
Как органично вписаны яркие "цветочки" в голубое полотно!
Проезжающие по автотрассе останавливаются и, запрокинув голову, подолгу наблюдают этот завораживающий вальс цветов под облаками.
А ведь были времена, когда парашютист в небе над манскими полями был настолько привычен, что и внимания-то на себя не обращал. Да что парашютист!
Над аэродромом тогдашнего ДОСААФ постоянно находились в воздухе то парашютисты, то спортивные самолеты, то элегантные длиннокрылые планеры, и еще с трассы было видно обилие авиационной техники на аэродромном поле. Сейчас все намного скромнее. И к своему 70-летию Красноярский аэроклуб подходит, имея в активе лишь одну работающую секцию - парашютную. Причина банальна: отсутствие финансирования.
- Эх, нам бы президента-парашютиста! - невесело шутят в строю готовящихся к очередному прыжку спортсменов.
- Да, теннисный спорт мы развили, дзюдо и горные лыжи на подъеме. Дойдет ли очередь до нас?
- Не брюзжи. Мы ведь летаем! Справа по одному - на посадку!
А нам, оставшимся на земле, стало грустно. Оттого, что вспомнился недавний городской праздник - "День пива". Улицы переполнены народом, в воздухе на веревочках большие и маленькие шарики, праздношатающаяся молодежь с непременной бутылкой пива в руках. Веселая, под хмельком, животно регочущая над очередным претендентом на звание "пивная бочка".
И вспомнился Михаил Жванецкий. Перефразируем один его монолог:
- Ящик пива выставил, на "байке" прокатил - твоя!
Обидно! За кого держат? А коммунальные службы "после бала" еле справляются с сотнями тонн мусора, возвращая свинарнику обличье приличного города.
...Старенький, полувековой "кукурузник", забрав очередную группу парней и девчонок, взревел мотором. Высокая трава за его фюзеляжем затрепетала и пригнулась от мощного воздушного потока.
Двое ребятишек, до того сидевшие в траве и о чем-то неспешно разговаривавшие, поднялись на ноги, раскинули руки и, наклонившись низко к земле, встали в этот поток. Стоя на ногах, они как будто парили высоко в небе, жестикулируя руками, повторяли движения парашютиста в свободном полете. Дети парашютистов, не имея пока возможности подняться с родителями в воздух, репетировали свои будущие полеты.
А на краю укладочной площадки, подложив под себя что-то из парашютного снаряжения, удобно устроилась кормящая грудью молодая мать.
Малыш, приоткрыв ротик, выпустил розовый сосок, и молоко медленно стекало в его губки.
Он непроизвольно сглатывал, но неотрывно, вместе с мамой следил за парящими в небе парашютами.
Вот уж поистине любовь, впитанная с молоком матери! Значит, не все еще потеряно.
