Еще в апреле на электронный адрес в Интернете пришло вот такое письмо: "Здравствуйте, Андрей! Меня зовут Галина, я живу в Украине. Мои родители разведены больше 20 лет. В вашем городе жил мой отец (возможно, и сейчас живет там же), которого я почти не помню. Если возможно, помогите мне его найти".
Какой ты, папа?
Удалось узнать, что совсем недавно гражданин Кузнецов проживал в Орле, но сейчас в списке прописанных не значится. Начинаю обзванивать однофамильцев (а их немало - 2 страницы в телефонном справочнике). В итоге где-то на 15-й звонок мне отвечает женщина, от которой узнаю, что ее иногда посещает похожий на описываемого человек без определенного места жительства. По большому счету мужчина - бомж, приходящий, когда у него есть что выпить и покушать. А когда идти в гости не с чем, то он там нежеланный визитер. И тогда мужчина ночует где придется.
После 20-го звонка у меня на столе появляется... график, в какое время мужчина приходит на ту или иную мусорку. Ничего не остается, как в один из дней идти на поиски.
Место встречи изменить нельзя
Мусорка располагалась в одном из кварталов в старой части города. Сижу на лавочке час, полтора. Наконец появляется мужчина, на вид даже старше, чем я ожидал. Подхожу ближе:
- Простите, вас не Михаилом Михайловичем зовут?
- Ну, Михалыч я. А ты кто?
- А фамилия ваша не Кузнецов?
- Чего надо-то? - мужчина явно занервничал.- Не мент ли?
- Да нет, но я вас ищу.
В целлофановом кульке звякнула пара-тройка "трофейных" бутылок. Я представился, для убедительности показал удостоверение корреспондента.
- А, читал я тебя в газетах. Я на мусорке, знаешь, сколько газет нахожу. Я и книги читаю.
Начинаю рассказывать, зачем пришел. Михал Михалыч смотрел так, словно меня вовсе не было. Наверное, он представлял место, где была его дочь: маленький шахтерский городок в Донецкой области, на Украине, где он никогда не был. Он пытался представить дочь, которой уже 30, и сейчас она готовится выйти замуж.
- А че так долго сидела в девках?
- Дядь Миш, откуда я знаю? Может, училась долго, может, в гражданском браке жила...
Я вдруг подумал: сейчас скажет, что "это дело надо обмыть". Но дядя Миша даже не намекнул на это. Он спрашивал у меня то, что я просто не знал.
- А ты ее по Интернету спроси. И фото попроси прислать. Я знаю, по Инету можно.
Да, точно, газеты он читает, образованный!
- Спрошу, постараюсь, - пообещал я.
- А мое фото можно послать?
Я критически взглянул на него, в сумке был фотоаппарат, по идее можно было сфотографировать.
- Не, - уловил мой намек на его сегодняшний вид дядя Миша, - не сейчас! Ты меня еще возле контейнера сними, как я в нем копаюсь! У нее тогда инфаркт миокарда случится!
- А какую же тогда ей карточку посылать?
- Ну, из офицерских моих, найду что-нибудь в альбоме-то.
- А мне сказали, что у вас имущества никакого нет...
- Ну, положим, квартиры у меня теперь и правда нет. Но "складов" навалом. То там мои вещи, то там. Ты в какую сторону?
Идем по улице. И почти всю дорогу дядя Миша говорит (прорвало видать!), а я слушаю. Про то, как жена вторая гуляла, про то, как третий раз женился, как пристрастился к алкоголю:
- Не, я если захочу - сразу брошу. Не веришь?
Верилось с трудом. Вдруг спохватываюсь и говорю:
- Мне же надо ваш адрес Гале сообщить. Куда ей письма писать?
В итоге вышло, что писать родному отцу Галине, кроме как на мой адрес, некуда.
- И снова мне вас у мусорки искать, чтобы письмо вручить?
- А давай я тебе буду позванивать! - нашелся дядя Миша. - А как письмо придет, я за ним сам прибегу.
Прямо как в сказке
