Саратовская Общественная палата хочет стать моделью общефедеральной
Регионы
Все можно свести к абсурду. Однако очень многое живет вопреки ему.
ЧАСЫ на Саратовском речном вокзале каждый час методично отзванивают мелодию "Огней так много золотых..." Большинство жителей Саратова эту песню не любит, меньшинство - терпеть не может. Но кто и кого в данном случае спрашивал? Часы - для туристов, опаздывающих на свои теплоходы. И символ есть символ, нравится он кому-то или нет.
Символов у Саратова немало. Кроме немеркнущих огней и почти трехкилометрового моста через Волгу, на эту роль в новую политическую эпоху претендует вот уже 8 лет существующее "новообразование" при областной администрации - саратовская Общественная палата. Когда-то она считалась экспериментом и передовым опытом, сейчас региональные власти настойчиво именуют ее "прообразом для всей Федерации". Слышали, что президент сказал про необходимость создания такой же, но на общероссийском уровне? То-то.
Временное постоянство
С "прообразом" группа журналистов, в том числе и корреспондент "РГ", ознакомились непосредственно на месте. Его история вкратце такова. На первом заседании саратовской ОП в 1996 году присутствовали 860 представителей общественных организаций, а также представители всех ветвей власти. Тогда же избрали президиум - 117 человек. Примерно та же "норма представительства" сохраняется и по сей день, своих делегатов в палату направляют около 200 объединений граждан. Из названия палаты исчезли слова "при губернаторе" - зато губернатор Саратовской области Дмитрий Аяцков не так давно ее возглавил ("Понимаю, что это временно", - тут же оговаривается он, неясно что имея в виду - общественные процессы или скорый срок окончания своих полномочий). Но и зампред ОП Константин Бандорин - по должности заместитель председателя правительства, сам себя он именует "человеком государственным", так что анархии в палате нет и вряд ли будет. Шум и дискуссии - другое дело, их хватает.
Общественникам есть где работать - администрация области выделила им особняк на улице Киселева в центре Саратова. Им есть что обсуждать: на "экспертизу" в ОП попадают все сколько-нибудь значимые решения властей, региональные законы и просто "больные темы" - от несанкционированной торговли до межнациональных взаимоотношений, от поправок в Земельный кодекс до сезонно-отопительных проблем. А делегат от ОП ежемесячно присутствует на заседаниях областного правительства - разве что права голоса не имеет.
"Общественная палата работает не в угоду кому-то, а наоборот", - утверждает Аяцков. Однако в принципиальных вопросах власть и ОП обычно приходят к согласию. Даже по поводу бюджета при всем его дефиците. Слегка напрягшись, губернатор припомнил лишь, как однажды ему "пришлось быть арбитром", когда в области предложили легализовать публичные дома, а ОП в полном составе встала на дыбы. Другой случай - медвытрезвители: власть выступала за их закрытие, палата сказала "нет". Был найден промежуточный вариант - "центры социальной адаптации". Подискутировали на темы местного самоуправления. "Власть идет на уступки", - утверждает Аяцков. Мысля же в федеральных масштабах, губернатор убежден, что ОП должна стать настоящим "инструментом для создания гражданского общества", что ее состав не надо искусственно раздувать, что палата может "рекомендовать парламенту, какие законы надо отменить", что совсем не обязательно во главе ОП становиться президенту - ну, может, лишь на первых порах. Что палата должна быть "не при ком-то, кто ее кормит, а самостоятельной" и не повторять ошибок ныне действующего Госсовета, который со временем "отомрет сам"... А в целом, убежден губернатор, "больше демократии, чем у нас в стране, нигде нет. Надо только порядок навести...".
Модели и символы
Лучше один раз увидеть, чем сто - услышать! Симбиоз демократии и порядка журналистам удалось увидеть в тот же день на заседании президиума ОП.
Небольшой зал, длинные столы расположены вкруговую амфитеатром. На возвышении - президиум, у которого отдельный выход "закулисы", отгороженные переборкой, и в холл. Стулья стоят тесно впритык, ответственная дама выговаривает кому-то из пришедших - мол, условились же, что по одному человеку от организации, а вы вдвоем! Заседание открывает губернатор. Произносит несколько прочувствованных слов о демократии и о том, что общественники "завоевывают место под солнцем для всей Саратовской области". Предлагает начать обсуждение очередной, 4-й редакции областного Договора об общественном согласии и социальном партнерстве. С места просят вызвать на заседание палаты вновь назначенных членов обладминистрации и устроить им "перекрестный допрос". Губернатор отдает соответствующий приказ. Продуманно-некстати встает юный председатель Молодежного парламента и звонким голосом "вносит вопрос" о митинге в поддержку курса президента Путина. Старшие товарищи обещают решить это "в рабочем порядке". Дальше президиум ОП спорит о редактуре договора так, будто вносит поправки в Конституцию. Живо представив себе участь ильф-и-петровского сына лейтенанта Шмидта, интересуюсь у соседа, какая участь ждет "гада, который нарушит конвенцию... то есть договор". Он удивлен: "Да ничего ему не будет. Из палаты не выгонят. Вон коммунисты договор вообще не подписывали, а на заседания ходят". Потом палата борется за трезвость и защищает вкладчиков. Бывший председатель ОП Сергей Наумов вдруг ополчается на даму - редактора местной газеты и заявляет, что "неэтично упоминать в статьях, посвященных 60-летию Победы, имя Гитлера" (интересно, а с кем тогда воевали?). Та пожимает плечами. Тут появляются вице-губернаторы и следующие полчаса отвечают на вопросы зала - в основном вполне мирные и отчасти "бытовые". Про систему ПТУ, про теплоснабжение городских кварталов и т.д. Новых вице решено "рекомендовать". Впрочем, и отказ особого значения не имел бы - палата орган совещательный, не чета Думе. Губернатор покидает зал, разговор продолжается, но особо ответственные работники тоже тихо просачиваются к выходу. Недоуменный вопрос столичных визитеров "что это было?" встречает ответное удивление: "А что вас смущает?"
Толерантность и сортир
Еще одну "модель и символ" нам показывают днем позже. Полтора года назад по инициативе все тех же "общественников" и при поддержке обладминистрации в Саратове появилось вещественное доказательство межнационального мира и гармонии среди представителей 135 наций и народностей, населяющих регион. На Соколовой горе, неподалеку от мемориала и военного музея, в считанные недели появилась "национальная деревня народов Саратовской области" ("РГ" писала о ней 13 октября). Каждая диаспора в рекордные сроки и на собственные средства, вырубив заросли кустов, построила там кто дом, кто терем, кто усадьбу, кто хутор, а кто и целый замок. В одном из "подворий" - хлебосольном грузинском - раз в две недели, а то и чаще собираются главы национальных сообществ для совместного решения вопросов. Тут же вскладчину устраивают торжественные приемы и проводят национальные праздники. Поют песни, читают стихи, зажигают камин, готовят плов, шурпу, шашлыки и чеченские лепешки. Зовут сюда и нас. Поднимают тосты за мир, дружбу, толерантность и гармонию. А по ходу дела выясняется, что межнациональный мир вынужден прокладывать себе путь через политические дрязги. В национальную деревню так пока и не удалось протянуть ни водопровод, ни канализацию. Летний туалет системы "сортир", железный рукомойник да чан с дождевой водой в соседнем узбекском "ауле" - вот и все коммунальные удобства. Фактически это крест на идее открыть здесь не походные с одноразовой посудой, а нормальные ресторанчики национальной кухни (СЭС запретит тут же), создать полноценную "зону отдыха" и т.п. Да и вложенные в "деревню" немалые общественные деньги при таком раскладе тоже вряд ли окупятся. Что за странность? Оказывается, деревня - детище областных властей, а прокладка коммуникаций и все необходимые согласования - компетенция города. Мэр с губернатором друг друга, мягко говоря, недолюбливают (вечная российская история). Поэтому область может, к примеру, договориться, чтобы на стройке "за спасибо" поработал импортный подъемный кран, а вот трубы прокладывать никто никому не дает...
Для кого горит свет
- Знаете ли, все можно свести к абсурду. Однако очень многое живет вопреки ему. Вопрос лишь в том, на чем сосредоточиться, - говорит вышедший покурить на крыльцо усадьбы глава одной из национальных диаспор, член все той же общественной палаты.
Да, говорит он, совершенства нет. Заседание президиума ОП мало кто воспринимает всерьез. Это шоу, клапан для выброса пара... Но вспомните Госдуму первых созывов - реальная работа там тоже шла не на "бенефисах клоунов в красных пиджаках", а в тишине комитетов, и мы живем во многом по принятым тогда законам...
"Еду по улице Киселева - там окна светятся до полуночи", - с гордостью говорил журналистам Аяцков. Но если свет зажигают, значит, это нужно не только тем, кто оплачивает за него счета? Да, подтверждают мои собеседники из "общественников". Многие проблемы им действительно удается решить, не доводя их до фазы публичных споров. Удостоверение члена ОП - это "вездеход", пропуск в любые структуры власти. И, если хотите, на ту выжженную "нейтральную полосу", которая пролегает в нашей стране между гражданами и структурами власти. А человек с "корочкой" - это уже не "ходок" и не самозванец. Его слова имеют вес, и он за них отвечает. Что особенно важно в национальных вопросах: межнациональный и межконфессиональный мир в отдельно взятом Саратовском регионе удается удержать во многом потому, что у диаспор равные права и равные возможности при общении с властью и между собой. Даже единичные случаи конфликтов - драки, склоки, дележ рынков - немедленно становятся предметом стремительного и веского обсуждения.
Что же касается "совещательного голоса" и статуса "при губернаторе"... Глава общественной организации усмехается. И рассказывает, как однажды областной чиновник решил отказать "его ребятам" в бесплатных билетах на футбольные матчи ("нечего было жадничать, трибуны все равно полупустые"). Через пару часов напротив окон его кабинета стояли несколько сотен молодых людей и... тихо мычали. Негромко, но настойчиво и долго. Пока чиновник не сдался. "А ведь могли и витражи на стадионе побить", - с тихим злорадством заключил "полпред общественности", который за "ликвидацию конфликта" стребовал с областного чина "еще и лично для себя бутылку".
И приводит последний тезис: "Так или иначе, гражданам палата нужна. Без нее останется только власть! И кому будет лучше?"
Тут крыть действительно нечем. Опросы многочисленных экспертов показывают, что к власти в Саратове отношение так себе. Особенно к концу полномочий губернатора, когда идет борьба за "право быть назначенным", власть произносит заклинания "у нас все хорошо!", оппоненты - "у них все плохо", а граждане припоминают тем и другим, что прожиточный минимум в области - 2244 рубля, и до него только предстоит поднять минимальную зарплату... Плюс социальные проблемы и громкие дела против первых лиц области, минус нормальный ЖКХ и дороги... И все же на подсознательном уровне, как выявили психологи и социологи, опубликовавшие недавно монографию "Образы власти" под редакцией Елены Шестопал, саратовцы относятся к власти лучше, чем, скажем, "демократизованные" москвичи. У тех преобладают нейтральные (40%) или крайне непривлекательные (52, 5%) оценки. Позитивных образов лишь 7, 5%. В Саратове таких уже 12%, а негативных - лишь 16%. Власть не кажется им "подавляющей", агрессивной и чрезмерно сильной, не внушает страха. В два раза чаще, чем в Москве (16% против 9) саратовцы представляют власть как "систему взаимодействия" политических институтов, а не инструмент давления.
Цифры, как и времена, имеют привычку меняться. Саратову, впрочем, не привыкать к роли точки отсчета этих самых новых времен. Здесь губернаторствовал Столыпин, здесь жил и работал Чернышевский, а реформаторов помельче и вовсе не счесть. Видимо, сама атмосфера этого города, живущего под бой часов с надоевшей мелодией, вызывает к жизни тех, кто вечно ставит полуриторический вопрос "Что делать?". Правда, на следующий за ним "а делать-то как?" ответ по мере сил обычно дают уже другие люди.
