В Центре Зураба Церетели отпраздновали пятидесятилетие политолога и телеведущего Алексея Пушкова. Именинник умудрился собрать VIР-букет, мало сочетаемый в понятиях обычного светского быта: среди гостей были Евгений Примаков, Ирина Хакамада, Зураб Церетели, Сергей Степашин и Игорь Иванов. Как выяснила светский обозреватель БОЖЕНА РЫНСКА, с каждым из этих "тяжеловесов" господина Пушкова объединяет что-то необычное - от спуска с гор "спиной вперед" до одной и той же китайской няньки. Праздник начался показом шуточного фильма "Пушков и эпоха", посвященного богатой биографии героя вечера. Мелькали кадры: вот юный Пушков отбывает из Китая в Париж, вот он в ЮНЕСКО, а вот его уже поздравляет Михаил Горбачев - в свое время именинник был спичрайтером последнего генерального секретаря. Фильм закончился, и гостей, среди которых были режиссер Карен Шахназаров, президент ТВЦ Олег Попцов, президент УК "Тройка Диалог" Павел Теплухин, посол Германии, посол Швеции, певицы Нани Брегвадзе и Тамара Гвердцители, пригласили к столу.
Спецпредставитель президента Сергей Ястржембский назвал именинника уникальной и универсальной личностью, но даже эти эпитеты не смогли в полной мере отобразить многогранность Алексея Пушкова. Он родился в Китае в семье советского консула и переводчицы Мао Цзедуна, долго жил в Женеве, Праге, Париже, и потому блестяще владеет несколькими языками. Он пишет в NY Times, коллекционирует старинные часы и каждый май уезжает в горы. Так что неприглашенные злопыхатели, утверждавшие, что хозяева просто собрали коллекцию из громких имен, сели в лужу. Как выяснил светский обозреватель, круг увлечений господина Пушкова так обширен, что с каждым именитым гостем его связывает что-то необычное. Так, например, с Зурабом Церетели именинника роднит масштаб охвата, с супругом Ирины Хакамады господин Пушков дружит лыжами: они наперегонки спускаются с гор "спиной вперед". Сергея Степашина с именинником объединяет родина - бывший председатель правительства тоже родился в Китае. "Он ест китайскими палочками с элегантностью мандарина и читает своей жене стихи Поля Элюара на чистейшем французском", - так изысканно "китаец Степашин" поздравил "китайца Пушкова".
В свое время Алексей Пушков был автором Wall Street Journal, на страницах которой яростно защищал Евгения Примакова, и это не могло их не сблизить. Кстати, привычка ворчать у господина Примакова все та же: речи тамады он объявил алогичными и громоздкими, затем показал, как должен звучать правильный, то есть логичный и сердечный, тост, и принялся пикироваться с Юрием Кобаладзе.
Сергей Ястржембский, с которым юбиляра роднит страсть к охоте, держал в руках загадочную длинную коробку. "Это не оружие, но тоже прицельное", - заинтриговал он присутствующих. "Что за штука?", - принялись гадать гости. Звучали предположения-"кий", "копье" и даже "карниз", но водитель быстро отнес длинномерный подарок в машину, оставив господ теряться в догадках.
Ждали мэра Москвы Юрия Лужкова. Но, как удалось выяснить "Известиям", он так наигрался в теннис, что до застолья не доехал. Впрочем, это и не удивительно, ведь именинника с ним почти ничто не объединяет: кепки господин Пушков не носит (предпочитает шляпы), пчел боится и мед не ест.
Секретарь Совета безопасности Игорь Иванов, который любит Испанию и фламенко так же горячо, как и семья юбиляра, произнес тост по-испански и преподнес Алексею Пушкову "символ мощи" от Совета безопасности - часы с гербом России. Остальные подношения тоже были основательные, со значением: художник Илья Глазунов со словами "Слава России! Слава Пушкову!" подарил собственную книгу
"Россия распятая", митрополит Кирилл - старинную икону, Сергей Степашин - именной кортик. Дар Евгения Примакова и Торгово-промышленной палаты - большой бронзовый Гермес, - несмотря на языческую принадлежность, имениннику понравился: "Гермес хоть и "не наш", но за "бабки" отвечает". Игорь Юргенс от имени Союза промышленников и предпринимателей России вручил имениннику золотой "Знак общественного признания". Причем, как удалось выяснить светскому обозревателю, на этом моменте профсоюз тружеников капитала раскололся: одни олигархи считали, что борьба с ними господина Пушкова таки достойна общественного признания в золотом эквиваленте, другие, напротив, требовали выдать в том же самом эквиваленте знак общественного порицания.
Художник Никас Сафронов преподнес картину в собственный рост, заклеенную оберткой с собственными портретами. Когда шедевр освободили от упаковки, взорам гостей предстала исполинская мадонна Рафаэля. А чтобы изображение не приняли за копию в масштабе, автор скромно пририсовал к ногам великанши кубических ангелов. Называлось полотно "Преображение Рафаэля". Поясняя свой причудливый презент, художник порекомендовал Алексею Пушкову не преображаться. Впрочем, если именинник когда-то и задумывался о перемене образа, то после мадонны Сафронова отказался от этой мысли раз и навсегда.
К концу вечера гости расшалились и полезли в церетелевское "Яблоко". Первой туда проникла супруга Александра Шохина Татьяна. Те же, кто там не поместился, пустились в пляс. Генсек Организации договора о коллективной безопасности Николай Бордюжа необычайно профессионально танцевал с супругой юбиляра Ниной Пушковой. "Это он, когда был послом в Дании, насобачился! Наверное, занимался на разных королевских курсах", - ревниво шептались дамы, любуясь его осанкой.
