Люся Грин - о светской жизни столицы
В Москву приехала известная испанская дизайнерша Агата Руиз де ла Прада, привезла шесть вечерних платьев из последней коллекции, три новых аромата и забабахала в эту честь грандиозный прием для сливок московского общества. На входе с кем-то мило щебетала Мария Арбатова - в этот вечер она была в строгой черной водолазке и выглядела сильно помолодевшей. Рядом, словно на контрасте, изрядно потрепанная жизнью Елена Кондулайнен в красных мехах с бешеной скоростью поглощала канапе. Чуть позже пришел Андрей Бартенев в зеленом пальто от Сандры Страукайте, зеркальной брошке и с переносным холодильником на лямке, откуда через секунду достал кучу пригласительных на свой завтрашний перформанс. Пришла Виолетта Литвинова в очередном головноуборочном безумии собственного производства, и мы премило поболтали с ней о том, какая отличная была идея приделать в последней коллекции к мужским шляпкам розовую вуаль! И вот наконец появилась сама Агата Руиз де ла Прада в нереально красивом оранжево-розово-желтом вечернем платье и очаровала всех присутствующих признанием в любви ко всем русским вообще и к москвичам в частности. В следующий приезд Агата обещала сшить кепку Лужкову и показать уже всю коллекцию весна-лето 2005. На следующее утро мы уже как угорелые бегали с ней по Бульварному кольцу, где за сорок минут, оставшиеся до Агатиного отъезда в аэропорт, пытались посмотреть старую Москву.
Больше всего Агату впечатлили Музей-квартира Горького на Спиридоновке, Старый Арбат и дом Гоголя.
За час до бартеневского шоу на следующий день в Москве началась нешуточная метель. А я в компании с самым известным клубным фриком и дизайнером, Огненной Леди и журналисткой "Тайм аута" Светой Латекс наблюдала за разбушевавшейся снежной стихией через огромную витрину мебельной галереи "Соло", где, собственно, перформанс Бартенева и проходил. Пили красное вино, памятуя о празднике молодого божоле, ели из маленьких мисочек пасту под разными соусами и смотрели на то, как на улице ветром сносит собаку. Через полчаса к нам присоединился художник Вадик Мамышев-Монро, скинувший за два месяца минимум килограмм пятнадцать и побрившийся наголо. Все это ему, кстати сказать, очень к лицу. Монро рассказывал про свою последнюю выставку в Лондоне и про какой-то очень крутой тамошний секонд-хэнд, который ему посоветовала Кейт Мосс. Подъехали художники Хайк Симонян и Федор Дадонов, оба в высоких сапогах на нереально больших каблуках - они тоже только что из Лондона, где принимали участие в конкурсе "Альтернативная Мисс Мира". Их платье из нержавеющей стали с живыми голубями внутри покорило жюри в лице Брайана Ино и Эндрю Логана до такой степени, что им сразу же вручили Гран-при. Встретила новое лицо "Самсунга" - модель-ершу Машу Цигаль с приклеенным на лоб розовым бриллиантом и всю в ярко-оранжевом. Маша очень широко улыбалась, отчего становилось немного не по себе; она объяснила, что на днях приняла буддизм и оттого такая счастливая. Потом началось шоу Бартенева - три милых инопланетянина с красными, зелеными и синими глазами шагали под электронный минимал. Забавно. Через пару часов, оставив друзей, по долгу службы поехала на концерт Джоанны Стингрэй в клуб "Б2". Помните, была такая крашеная блондинка в кепочке, тусовавшаяся с кем-то из группы "Кино", которая, смешно коверкая русский язык, призывала нас не мусорить на улицах и даже пела какие-то песенки, если мне не изменяет память. Вот именно она и есть та самая Джоанна Стингрэй, приехавшая в Москву спустя добрый десяток лет (одному Богу известно, зачем). В "Б2" я вошла под завывания Сергея Галанина - все те же кудри, те же песни, те же лозунги. Рядом на сцене стояла Джоанна собственной персоной, забавно дергала ножкой в такт старых песен "СерьГи" и преданно смотрела в большой галанинский рот. Стингрэй было узнать практически нереально: совсем не накрашенная, самая обыкновенная американка с белыми волосами и спокойным лицом - ни следа бурной рокерской молодости. На широком экране показывали черно-белые кадры с приятными молодыми лицами Бугаева-Африки, Гребенщикова, Бутусова, Цоя и Курехина. В перерывах между песнями Галанин живо интересовался, подъехал ли уже Сукачев, и, отчаянно заигрывая с малочисленными зрителями, просил их подсказать, что же ему петь дальше. Гарик не заставил себя долго ждать и появился минут через десять. Вышел на сцену в сопровождении Сергея Воронова из Crossroadz, захрипел: "Здрас-с-с-сьте, ребята!
Да здравствует наш 10-Б!", и сбивчиво начал говорить что-то про капустник, типа они с Галаниным совсем не репетировали и сейчас вообще непонятно что будет, - короче, строго просьба не судить. Потом Гарик начал петь, Воронов играл на губной гармошке, а Галанин - на гитаре. Ничего особенного, Гарик только под конец третьей песни стал очень громко кричать, отчаянно вздувая вену на шее, и как-то странно покраснел, но потом чинно взял минералочку (это показалось особенно трогательным), поклонился, пригласил всех на завтрашний питерский концерт и пошел по своим делам. Я поднялась к VIP на последний этаж и встретила там наконец первого персонажа с человеческим лицом, при ближайшем рассмотрении оказавшегося Артемием Троицким. А рядом на диване один из многочисленных бывших солистов группы "Браво" Роберт Ленц долго и громко рассказывал какой-то беременной девушке про свои волосы: "Я их три месяца вообще не стриг, только по бокам и немножко сверху, они сами так растут, представляешь? Вот на следующей неделе хочу пойти постричься, здесь убрать, сбоку и сверху. Хотя вроде и так сами растут, но почему-то только сверху и по бокам..." Спустилась обратно в зал - на сцене уже бывшая солистка группы "Колибри" Наталья Пивоварова пела какую-то дико душевную песню с нецензурной лексикой, как нельзя лучше соответствовавшей моему внутреннему состоянию, а после рассказала, как сильно любит Джоанну. Я же лишний раз убедилась в том, что если рок и мертв, то исключительно русский, а единственное, что осталось актуальным у Стингрэй, - это ее слоган о вреде мусора.
