Страсть к переосмыслению исторических событий - одна из главных движущих сил общественной жизни. В наши суровые времена это стало до очевидного ясно. Можно осторожно предположить, что объясняется это невозможностью или нежеланием рассуждать о проблемах текущего момента. Но можно увидеть здесь отражение наступательных тенденций большой государственной политики. Учитывая особенности дня сегодняшнего, так, пожалуй, и будет вернее.
Вот заурядный телевизионный вечер: сериал "Московская сага", посвященный в своей первой части ужасам сталинского тоталитаризма, документальное повествование "Три жены маршала Буденного", почему-то созданное под грифом Федеральной службы охраны, документальный же фильм "Убить Гитлера" о сорока неудавшихся покушениях на немецкого диктатора. Другие названия говорят за себя сами - "Кузькина мать Никиты Хрущева" и "1927 год. Зиновьев и Каменев". Еще в вечерней программе можно было обнаружить ностальгическую программу "Звезды эфира" - о первых телеведущих и неизбежное повторение фильма "Свинарка и пастух".
Таким образом, советская история оказалась представленной едва ли не во всех мыслимых аспектах и поворотах. И так каждый вечер. Воля ваша, но это должно хоть что-нибудь, да значить.
Ну, например, потому, что автор фильма о женах Буденного Алексей Пиманов известен как человек глубоко и непоправимо современный, порой даже опережающий в своих публицистических филиппиках актуальные веяния в виде судебных приговоров и арбитражных вердиктов. Что, спрашивается, заставило его заниматься матримониальными делами давно покойного кавалериста. Подобными вопросами задаемся не мы одни.
Прошедшие на неделе традиционные Малые банные чтения, которые организует уже несколько лет кряду редакция журнала "Новое литературное обозрение", прошли под девизом "Нескромное обаяние тоталитарного, или Как интеллектуалы создают наше новое светлое прошлое". Журналисты, политологи, философы и прочие креативные умы бились над интригующей загадкой. По слухам, ожидались там для активизации мозгового штурма и политики. Однако не пришли, видимо, опасаясь поддаться нескромному обаянию.
Скажем сразу, что опасения были напрасны: ничего экстренного на ученом заседании нам не сообщили. Но постановка вопроса, в конце концов, дело ничуть не менее важное, чем эффектный ответ на него.
Тем более что жизнь подбрасывает новые материалы по теме. В городе Челябинске учреждена народная художественная премия. Называется она как раз "Светлое прошлое". Учредителей попросили объясниться и услышали: "...то, что происходило у нас в процессе выбора лауреата, можно смело назвать народным праздником со всеми вытекающими отсюда последствиями". То есть праздники, они, вероятно, все в прошлом. О последствиях такого все же не скажешь.
Именно на праздничной, позитивной версии происходящего мы и остановимся. Праздник исполнения долга. Ведь должен телевизионный комментатор что-то осмыслять и освещать: настоящее ни тому ни другому не поддается, значит, приходится фокусировать внимание на прошлом. Наконец, праздник утешения: было скверно, но все прошло и даже приобрело черты некоего уюта, как сцена ареста в "Московской саге". Все вместе триумф великого лицедейства, в центре которого "нарумяненный трагический актер, махающий мечом картонным".
Мнение авторов "МН" не обязательно совпадает с позицией газеты
