Вопреки Хармсу у Пушкина было не четыре сына, а два сына и две дочери. И на стульях все держались вполне прилично. Сыновья исправно служили (старший в генералы вышел), а дочери больше отличались в сфере "личной жизни". В чем теперь можно убедиться, прочитав переведенный В. Фридкиным с немецкого роман "Вера Петровна" (М., "Захаров"). Обложка сообщает - "Роман дочери Пушкина, написанный ею самой". Правда, переводчик несколько сомневается в авторстве, но зато в нем убеждена правнучка Натальи Александровны (урожденной Пушкиной) графиня Клотильда фон Меренберг, обнаружившая готическую рукопись в семейном архиве. Вообще-то кто и когда изложил ультраромантическую великосветскую историю, совершенно неважно. Суть в том, что ее героиней является младшая дочь Пушкина. В юности она полюбила (вроде бы взаимно) графа Николая Орлова, сына шефа жандармов, но замуж вышла всего лишь за сына начальника штаба того же ведомства Михаила Дубельта. Этот душемучительный сюжет в "Вере Петровне" и развернут. Правда, с благополучным исходом - на то и роман. В реальности Наталье Александровне пришлось-таки помыкаться с бессовестным и, как время показало, карьерно бесперспективным муженьком, а позднее, забыв взор лившего на дипломатическом поприще первого возлюбленного, обрести счастье в морганатическом браке с принцем Николаем Нассауским и получить титул графини фон Меренберг. Тоже красиво.
Кабы не культ Пушкина, вряд ли бы кто польстился на этот до-телевизионный сериал о жандармском коварстве и трепетной любви. Но если знаешь, что маменька - сама Наталья Николаевна, старшая сестра героини - Мария Александровна (по преданию, ее внешностью Толстой одарил Анну Каренину), папенька - пусть не Пушкин, а генерал Ланской, дело принимает совсем иной оборот. Пусть даже имена изменены, а о родстве с "солнцем русской поэзии" ни слова не говорится. (Лишь однажды героиня "уносится в заоблачную высь", читая "божественного" - хоть и неназванного - поэта.) При таком освещении и в дамском кружеве сыщется свой шарм.
Но новые кружева попритягательнее будут. Однажды писательница Марина Москвина случайно написала книгу для детей "Моя собака любит джаз", не менее случайно выпустила ее в свет и вполне закономерно получила за нее премию имени Андерсена ("нобелевку" детской литературы). Получать которую надлежало вовсе не в Дании, а в Индии. Куда Москвина и отправилась, прихватив с собой мужа - художника Леонида Тишкова. Лауреатку на церемонии не ждали, а потому встретили особенно радостно. Но сюжет награждения оказался лишь прологом смешного, увлекательного и вдохновенного паломничества в Гималаи. В свою очередь отозвавшегося книгой "Небесные тихоходы. Путешествие в Индию писателя Марины Москвиной и художника Леонида Тишкова" (М., free Fly; прежде печаталась в журнале "Дружба народов").
Пересказывать подобные "путевые впечатления" невозможно. И не нужно. Во-первых, без подсказок читать веселее. А во-вторых, кто же из нас не знает про Индию - сами понимаете: горы, касты, специи, Ганг, сувениры, мухи, Киплинг, алмазы в каменных пещерах, Шива, звездочеты, Рамакришна, песнопения, Харрисон... Просветление, история, география, гастрономия... Слон как заместитель Пушкина - тоже "наше все!". Так про него глава называется
- и это правильно. Как и все остальное, что случилось и случится с Мариной Москвиной.
Марта Петрова - в отличие от Марины Москвиной - в Индию не ездила. Во всяком случае в тот год, что бодро описан ею в сочинении под названием "Валторна Шилклопера" (М., "Росмэн"). Тогда ездила только в Болгарию, а за будущее (что теперь уже стало прошлым) не поручусь. Вполне возможно, что художница Марта вкупе с мужем Васильевым и дочерью Фросей уже обозрели пышные долины и покорили снежные вершины. С них станется. Коли так, то и об этом когда-нибудь прочитаем - "Валторна Шилклопера" из тех книг, что легко получают продолжения. Читателю предлагается дневник. Реальный или стилизованный
- неважно. Петрова описывает жизнь своей семьи - малой (муж и дочь) и большой (мама, папа, две сестры с мужьями и их чадами, сестра мужа с сыном). Сплошные будни - сплошные праздники. Одних дней рождения за год сколько набегает! А ведь на них свет клином не сошелся. Не концерт - так выставка, не тусовка - так визит родичей, не выезд к друзьям на дачу - так что-нибудь еще. А если никто не пришел и три зовущих на вечер дома поднадоели, так и в своей квартире уютно и весело. Экзамен у дочери - отлично! Ремонт - великолепно! Соседи за стенкой магнитофон во всю мощь врубили (обретается семейство Марты в коммуналке) - нет, отнюдь не "вечный кайф", но и никак не повод для истерики.
К тому, что провинциальные интеллигенты, у которых в кармане вошь на аркане, умеют по-настоящему радоваться жизни, я более или менее привык. (Спасибо Нине Горлановой. И не только ей.) Но у Петровой-то действуют столичные, не дурно обеспеченные (тьфу-тьфу, не сглазить) умники (в рсновном - гуманитарии), которым вроде бы положено мутно рефлектировать, бесконечно выяснять отношения и с тоской отворачиваться от прущего со всех сторон "культурного изобилия". Как водится в "нон-фикшн" (подзаголовок у "Валторны Шилклопера" такой), то и дело мелькают знакомые (иногда - знаковые) персонажи, замаскированные прозрачными псевдонимами. То модный писатель возникнет, то изысканный пиит, то неутомимый переводчик. Вроде бы похожи, но какие-то другие. Веселые. Обаятельные. Сказочные. Из-за этого со мной даже конфуз случился - послуживший, впрочем, стимулом к знакомству с книгой.
Встретил я одну знакомую даму - в коридоре той радиостанции, что у Петровой зовется "Гласом Арбата". Ведем пристойный разговор: зачем к нам зашел, как общие знакомые поживают, кто Букера (не) получит... Вдруг слышу: "А кстати, это не ваша жена "Валторну Шилклопера" написала? Там муж героини - литературный обозреватель. И в доме их все время журналы читают". Озадачившись, решил ознакомиться с первоисточником. Докладываю: Васильев (так этот самый муж именуется) - это не я. (Совсем не похож.) А "Валторна..." ни в коей мере не "нон-фикшн". Это - стопроцентная сказка. Которую в общем-то не трудно сделать былью. И Консерватория под боком, и в театрах есть что посмотреть, и журналы доступны, и Шилклопер на валторне по клубам играет.
