Высшей оценки жюри удостоился спектакль Костанайского областного русского театра драмы и кукол "Карагоз" по пьесе М. Ауэзова. Фото Валерия Веденко
Театральный фестиваль - это праздник для зрителя, трудная работа для жюри, мастер-класс для актеров, режиссеров, художников и, кстати, для журналистов тоже. Состав судейской коллегии был поистине звездным: заслуженные деятели РК - театральный критик, лауреат Государственной премии профессор Аширбек Сыгай, режиссер Театра юного зрителя им. Г. Мусрепова Жанат Хаджиев, главный художник Академического театра драмы им. М. Ауэзова Есенгельды Туяков; академик, заслуженный деятель науки РК, лауреат Государственной премии Рымгали Нургали, народный артист РК, профессор Национальной академии искусств им. Т. Жургенова Маман Байсеркенов, народный писатель Казахстана, лауреат Государственной премии драматург Сакен Жунусов, кандидат искусствоведения, профессор Национальной академии Сания Кабдиева, начальник отдела театра и киноискусства министерства Еркин Касенов, обозреватель отдела культуры нашей газеты Эдуард Джилкибаев и директор Аркалыкского музея истории степного края Жумагали Оширбек.
Самое сильное впечатление - разбор спектаклей. Академики, лауреаты, профессора судили по гамбургскому счету, не старались подсластить пилюлю, понимая, что именно горькие истины могут помочь избавиться от недостатков. Не секрет, что наши театры варятся в собственном соку - на гастроли не выезжают, гостей не принимают, а показателем успеха часто считают заполняемость зала. Фестиваль дал возможность посмотреть на себя со стороны строгим профессиональным взглядом. Члены жюри не были ограничены регламентом, поэтому говорили подробно, заинтересованно и даже страстно. Бывало, не соглашались друг с другом, но это тоже была школа, поскольку следовали убедительные аргументы в поддержку своей позиции.Горячие споры вызвал, например, спектакль Туркестанского драматического театра по пьесе собственного директора. Благая цель - популяризировать деяния и личность Ходжи Ахмеда Ясави - оказалась не достигнутой из-за незнания законов драматургии, отсутствия опыта у автора. За словами исчезло действие. И как сказал Есенгельды Туяков, получился назидательно-поэтический вечер для тех, кто только начинает постигать основы мусульманства. Хотя сценографию художник одобрил и тут же дал несколько профессиональных советов, предложил свое решение сценического оформления.
Вообще, жюри своей задачей ставило помочь театрам. То есть, несмотря на всю суровость, критика была конструктивной. И надо было видеть, с каким напряженным вниманием артисты, часто не успев переодеться и разгримироваться, слушали обсуждение. Аплодировали, как зрители, скупой похвале в свой адрес или интересным выводам и предложениям. Все речи мэтров записывали на диктофон, и значит, будут иметь возможность дома в спокойной обстановке еще раз обдумать сказанное. Но там, на фестивале, конечно, преобладали эмоции. Один из режиссеров после спектакля так и сказал: "Пойду успокою своих ребят".
Правда, легкоранимых актеров активно поддерживала доброжелательная публика: и на утреннем, и на вечернем просмотре были полные залы - в основном студенты и пожилые люди. У зрителей живейшую реакцию вызывало как раз то, за что потом доставалось от жюри - комикование, неоправданное форсирование звука, натурализм, упор на бытовые подробности. Хотя иногда публика и жюри совпадали в чувствах, например, когда на сцену в трагедии "Жанпида" (по роману Ч. Айтматова "Плаха") в роли сына Бостона вышел маленький К. Амиржан. Это сделало спектакль Костанайской каздрамы особенно человечным, теплым, хотя, как отметили критики, у показанной истории должен быть другой масштаб - глобальный, тем более что и название к этому обязывает.
На спектакле "Приблудный зятек" Республиканского корейского театра музыкальной комедии собралась корейская диаспора Костаная. Послушать родную речь пришли семьями - не часто выпадает такая возможность. Но язык знает (и то, как признавались зрители, на бытовом уровне) только старшее поколение.
У коллектива этого театра главная проблема - нехватка актеров. Трудно упрекать в непрофессионализме, если в спектакле играют только две "настоящие" актрисы, а остальные - молодые музыканты и танцоры. В этом году в Национальной академии впервые набирали корейский курс, и пришли на него лишь четыре человека. Так что проблема кадров в этом театре еще некоторое время будет существовать.
В фестивальной афише явно не хватало русской классики. Поклонники Костанайского областного русского театра драмы и кукол думали, что их артисты покажут уже полюбившуюся "Чайку". Но главный режиссер Александр Лиопа решил не упрощать задачу. И хотя "Карагоз" в итоге назвали лучшим спектаклем, замечаний при обсуждении сделали немало, включая мелкие, связанные с нюансами национального быта, которые можно легко исправить. Но все сошлись во мнении, что казахская классика на русской сцене должна быть обязательно. К слову, если бы еще всегда на спектаклях (это касается не только фестиваля) был синхронный перевод, то зритель, во-первых, заметно умножился бы числом, во-вторых, охотней приобщался бы к дружественной культуре.
Ежегодный смотр театров, несомненно, дает многое. И главное - роскошь человеческого и профессионального общения. Конечно, всю фестивальную программу приезжие артисты увидеть не могут - для принимающей стороны это слишком большая нагрузка, поскольку выделяются ограниченные средства, но, как сказал Еркин Касенов, от каждой труппы до закрытия оставались по три человека. И несмотря на краткость пребывания, все участники успевали увидеть по 2-3 спектакля и услышать их разбор. В этом смысле везет хозяевам: костанайские артисты, художники и режиссеры максимально использовали возможность "повышения квалификации".
Таланты и поклонники: автограф дает Азербайжан Мамбетов. Фото Валерия Веденко
Я тоже постаралась улучшить момент и поговорить с мэтрами. Если театр начинается с вешалки, то спектакль - с пьесы. Поскольку почти во всех выступлениях членов жюри проблема современной драматургии так или иначе звучала, я задала Сакену Жунусову вопрос: можно ли выучиться на драматурга?
- Я сам себя учил, - ответил он. - После аспирантуры был завлитом в Театре Ауэзова, помогал режиссеру вести застольный период, открывал для себя законы сцены. Когда работал в Костанайском пединституте, читал студентам спецкурс по драматургии М. Ауэзова. Только потом попробовал писать. Драматургами не рождаются, Шекспир, кстати, тоже сначала был актером. В Литературном институте в Москве готовят драматургов, но я там учился на высших литературных курсах уже будучи автором пьес, поэтому главным было просто общение, в том числе с такими мастерами, как Виктор Розов. Мой товарищ Григорий Горин, врач по профессии, когда только начал писать для театра, пользовался советами друзей, а потом уже сам подсказывал другим. Словом, даровитый человек, если есть желание, станет драматургом.
Что ж, остается ждать появления молодых талантов.
Большинство членов жюри фестиваля преподают в Национальной академии искусств им. Т. Жургенова, и значит, в той или иной мере определяют будущее казахстанского театра, но разговор о проблемах, которые возникают при подготовке кадров и в работе выпускников, мы еще продолжим на страницах нашей газеты.
