После пресс-конференции Люк Бонди ответил на несколько вопросов корреспондента "Известий".
- Господин Бонди, в Берлине часто говорят, что вы станете художественным руководителем одного из берлинских театров. Имеют ли эти слухи под собой реальную основу?
- Говорят об этом? Быть может, сначала нужно поговорить со мной? (Смеется.) Если бы я был художественным руководителем, моих постановок бы не хватило и мне пришлось бы приглашать других режиссеров. А это такая проблема!
- Но ведь вы, как художественный руководитель австрийского театрального фестиваля Wiener Festwochen, находитесь в такой же ситуации: вам пригодится составлять программу фестиваля, приглашать разных режиссеров.
- Это совсем другое! У меня есть возможность приглашать режиссеров со всего мира. Если же я стану руководить каким-либо немецким театром, у меня будет гораздо меньше возможностей для этого. Однако если бы я стал художественным руководителем, я бы хотел сделать не только театр режиссера и актеров, но и театр автора. Даже в первую очередь - театр автора.
Ведь театральное искусство сейчас находится в большой опасности: оно теряет самостоятельность. Театр хочет влиять на людей таким же способом, как телевидение, кино, шоу. А когда театр потеряет способность рассказывать истории, в центре которых человек, он перестанет быть театром.
- Какое впечатление от работы в Англии, в театре Young Vic, где вы поставили спектакль "Жестокость и ласка"?
- Находясь в Англии, я не чувствовал, что живу в чужой стране, - мне нравится эксцентризм англичан. Вернее сказать, это для нас чужое, и поэтому мне очень нравится.
- То есть это не последняя ваша постановка в Англии?
- Нет! Я надеюсь поставить там еще не один спектакль.
